Turnstile собрали деньги для Палестины. Музыкальная пресса подобрала слюни

60 тысяч зрителей, $220 тысяч на благотворительность и три политических лозунга. Американская лево-ориентированная музыкальная пресса уже готова канонизировать группу Turnstile или по крайней мере ее зализать до смерти. Осталось выяснить, за что именно человечество должно быть им так благодарно?

24 октября балтиморская хардкор-группа Turnstile устроила бесплатный концерт у монумента Вашингтона. Около 60 тысяч зрителей, более $220 тысяч пожертвований для Human Concern International и обязательный финал с сектантским скандированием «Free Palestine! Free Sudan! Free Lebanon!». Музыкальная пресса пришла в экстаз. Pitchfork осталось разве что выдать музыкантам свидетельства о святости.

Это называется благотворительностью. Хотя точнее было бы «благоТВАРительность»: достаточно поставить сцену, собрать толпу и произнести несколько политических заклинаний — и ты уже не просто тварь бессловесная, но нравственный ориентир цивилизации.

География для прогульщиков гуманизма

Мы, конечно, не можем заглянуть в головы участников Turnstile. Но сомневаемся, что перед выходом на сцену они ночами изучали историю ближневосточных конфликтов, политические расклады Судана и деятельность вооруженных группировок. Иначе бы они быстро поняли, чтобы сделали с представителями западной цивилизации те, за которых они так топят.

Зачем? В современном американском шоу-бизнесе для политического активизма достаточно выучить несколько правильных слов. Палестина — хорошо. Судан — тоже хорошо. Ливан — прекрасно. Чем больше географических названий в припеве, тем внушительнее гуманитарная миссия. И слаще социальные бенефиты.

Кто с кем воюет, кто несет ответственность за преступления, какие силы претендуют на поддержку публики — все это только мешает. На благотворительном концерте в уютном и безопасном Вашингтоне полагается испытывать возвышенные чувства, а не задавать неудобные вопросы.

Особенно когда вокруг 60 тысяч зрителей, а позади возвышается монумент Вашингтона. На таком фоне даже банальный лозунг выглядит историческим событием.

Деньги любят тишину. Особенно чужие

Собранные средства предназначены для гуманитарных программ Human Concern International в Палестине, Судане и Ливане. Продовольствие, вода, медицинская помощь, жилье — достойные цели. Мирные жители, если таковые еще остались в вышеназванным странах, не должны расплачиваться за преступления вооруженных группировок.

Но где подробная информация о распределении денег, конечных получателях и механизмах контроля? Почему музыкальные журналисты с таким энтузиазмом перепечатывают фотографии толпы, но гораздо реже интересуются тем, как устроена финансовая сторона подобных кампаний?

Если средства направляются в регионы, где действуют вооруженные группировки, независимый контроль необходим. Это не политическая придирка, а элементарная ответственность.

Нет доказательств, что пожертвования Turnstile попадут ХАМАС. Но нет и оснований считать, что слово «гуманитарный» автоматически гарантирует безупречное использование каждого доллара. Кто собирает деньги под политическими лозунгами, тот должен быть готов отвечать на вопросы об их судьбе.

Музыкантам необязательно разбираться в финансовом контроле. Но тогда тем более странно, когда их автоматически объявляют моральными авторитетами, а вопросы к организаторам воспринимают почти как святотатство.

«Свобода Палестине» — не индульгенция

Самая серьезная проблема здесь — превращение гуманитарной помощи в идеологический спектакль, где правильный лозунг освобождает от необходимости думать.

«Свободу Палестине» можно произнести, защищая право палестинцев жить без войны, терроризма и голода. Но этот же лозунг используют сторонники уничтожения Израиля, оправдатели нападений на израильских граждан и люди, для которых еврейское государство вообще не имеет права на существование.

Смешивать эти позиции нельзя. Но нельзя и делать вид, будто проблемы не существует.

Когда часть левого активистского движения оправдывает антисемитизм языком антиколониальной борьбы, это уже не борьба за справедливость, а политический фанатизм с удобной моральной упаковкой. Ненависть к евреям не перестает быть ненавистью оттого, что ее сопровождают слова об освобождении угнетенных.

Именно здесь благородная риторика становится особенно мерзкой: разрушительные идеи продаются публике под видом сострадания. А тот, кто задает вопросы, рискует немедленно оказаться зачисленным в лагерь злодеев.

При этом помогать палестинским гражданским и выступать против ХАМАС — не противоречие. Поддерживать гуманитарную помощь и отвергать уничтожение Израиля — тоже. Это называется здравым смыслом, которого в подобных политических представлениях катастрофически не хватает.

Pitchfork и фабрика моральных индульгенций

Музыкальная пресса предпочитает куда более примитивную схему. Группа провела концерт — значит, совершила нечто великое. Собрала деньги — значит, проявила историческую ответственность. Произнесла модные лозунги — значит, оказалась на правильной стороне истории.

Так устроена фабрика общественной добродетели: правильные слова превращаются в репутационный капитал, а восторженные публикации заменяют журналистскую работу.

Большой концерт, вирусные фотографии, благородная цель — и вот уже никто не хочет портить праздник вопросами. Мы не утверждаем, что Turnstile цинично использует чужие страдания ради рекламы. Для работы этой машины подобный расчет даже не нужен. Достаточно того, что индустрия охотно вознаграждает публичную демонстрацию правильных убеждений.

Но журналистика отличается от фан-клуба именно готовностью задавать неудобные вопросы. Можно признать масштаб концерта, похвалить сбор средств и одновременно потребовать прозрачности. Можно поддерживать помощь мирным жителям, не выдавая индульгенций политическим радикалам.

Для этого, правда, придется перестать путать громкость аплодисментов с силой аргументов.

Хардкор против здравого смысла

Перед нами образцовый спектакль современной американской культурной политики: чем сложнее конфликт, тем примитивнее лозунг. Чем больше неудобных вопросов, тем громче должна скандировать толпа. А чем громче толпа, тем усерднее журналисты делают вид, что все происходящее однозначно прекрасно.

Turnstile вправе собирать деньги на гуманитарную помощь. Жители Палестины, Судана и Ливана заслуживают ее независимо от политических предпочтений организаторов. Если пожертвования действительно спасут жизни, это хорошо.

Но благотворительный концерт не превращает музыкантов в святых. Пожертвования не отменяют необходимости контроля. А политический лозунг не становится истиной оттого, что его повторяют 60 тысяч человек под тяжелые гитары.

Самое отвратительное в этой истории — не сам концерт и даже не призывы к свободе. Это готовность культурной индустрии выдавать моральные сертификаты всем, кто произносит правильные слова, не требуя ни последовательности, ни ответственности, ни элементарной ясности относительно того, что именно поддерживается.

Впрочем, у Turnstile хотя бы есть усилители. У музыкальной прессы, судя по всему, вместо критического мышления — только кнопка повтора.

И пока она нажата, любой политический лозунг можно продать как гуманитарное откровение.