Опиум для народа. Как я работал в государственной газете. Часть первая, волнительная - Shakal.Tøday
Вверх
Вниз

Опиум для народа. Как я работал в государственной газете. Часть первая, волнительная

В редакцию Shakal.Today пришло необычное письмо — некто Владимир решил рассказать, как он работал в одной из столичных государственных газет. Опыт, подчеркивает он, «просто удивительный, иногда похожий на воздействие определенными веществами». И это на фоне его многолетней работы в коммерческих структурах и издательских домах.

Мы согласились предоставить слово Владимиру (имя, как мы думаем, вымышленное), хотя некоторые моменты в его тексте пришлось вымарать. По идеологическим соображениям. Ну так к цензуре Владимиру не привыкать! И его повествование мы поделили на две части, дабы не шокировать неподготовленного читателями сразу всем. Сразу всем этим! 

«Так получилось, что не так давно судьба-злодейка закинула меня, гм, журналиста, в мутный омут минской государственной газеты, и даже в определенных кругах уважаемой. Сказать по правде (а в этом тексте будет только правда!), я там хотел просто отсидеться на своей трудовой книжке, дабы не прослыть тунеядцем и врагом трудолюбивого белорусского народа. К тому же работа обещала быть не пыльной — «обновлять сайт издания и помогать с оргтехниками». С оргтехниками так с оргтехниками, благо только на четыре часа в день. Да и было оченьинтересно, как работают сейчас редакции государственных СМИ. В коммерческих я уже посидел достаточно, а вот под крылом у государства — бог миловал. Захотелось, так сказать, погреться на груди утеса-великана.

Собственно ниже вы прочитаете мой рассказ о том, как я работал в авторитетном государственном издании. Увы, но название газеты придется выдумать, ровно как и имена-фамилии людей, которые работали вместе со мной. Все-таки среди них были и хорошие люди, а я не хочу им навредить данной публикацией.

Итак, для начала газету мы назовем «Коварный извещатель». Ее главного редактора — Васисуалий Подпрыжников. И для пущего эффекта я буду разбивать текст цитатами из замечательного фильма «Убить дракона». Надеюсь, редактор Shakal.Today это мне позволит.

«Алиса, это пудинг. Пудинг, это Алиса»

Все мы ходим под богом, а редакции государственных СМИ — под министерствами. «Коварный извещатель», в котором я провел незабываемые несколько месяцев, также управлялся профильным министерством; соответственно, всей редакционной политикой заведовали некрасивые люди в паркетных кабинетах. А не главный редактор, как к этому я привык в идеологически вредных, т.е. частных редакциях.

Главред, наш условный Васисуалий Подпрыжников, человек визуально внушительный и по-своему харизматчный, но по факту на процесс подготовки газеты он оказывал чисто символическое влияние. Да, иногда его зёв рождал приказы а-ля «сделай эту… мать его… ну эту херню больше дай!», но в глобальном плане он мало что решал. Чаще всего Васисуалий сидел в своем кабинете и грустно смотрел на Телефон Прямой Связи с Министром. По этому телефону ему давались Ценные Указания, разжевывалась Редакционная Политика, а также Вручались Почетные Пиздюлины. Конечно, сам министр ему не говорил, что и как должны писать журналисты или какая фотография должна быть там или там — за это отвечали помощники, секретари и другие рабы. Да и сам Васисуалий, за долгие годы врастания в кресло главного редактора  прекрасно знал, что от него ждут в министерских кабинетах. Но иногда ошибался, давал маху, за что Телефон Прямой Связи с Министром начинал звонить на полтона выше. И страшнее. После разговора, потный Подпрыжников, повизгивая от ужаса, обычно бежал в редакцию и начинал орать на всех, кого увидел. Таким образом, он успокаивался. Все это понимали, поэтому не обижались. Мне же это было видеть в диковинку — изнеженный менеджерами по персоналу, я не привык видеть в рабочем кабинете вепря, брызжущего слюной. «Это государственная газета, чувак. А наш старшОй старый коммунист, военный, он по-другому не умеет» — сказали мне как-то в редакции, и я тоже сразу успокоился. 

— Ты что, не слышал про нашего Дракона?
— Я нездешний.
— Ну и что? Все обязаны знать нашего Дракона.

Про военного сказано не просто так — главред «Коварного  извещателя» действительно был человек «непрофильный», т.е. он пришел в журналистскую профессию из удивительного мира грязных портянок, несмешных анекдотов про политруков и лайфхаков про то, как можно гладить свою форму табуреткой (спойлер: очень долго). Как я понял, на должность главреда он попал вынужденно — до него этот шарик из навоза катали случайные люди, и редакция деградировала. И вот министерству на глаза попался он, тогда еще подтянутый, с раскатистым голосом и уверенным взглядом человека, который пожил. И утянула волна человека, посадила в редакторское место, в котором он и сидит много лет. И может быть и рад бы он уступить это кресло человеку помоложе, но пенсия, внуки, то-сё… В общем и получается, что легендарным изданием управляет (ну, условно говоря управляет — вы же помните, что я говорил про вертикаль власти в «Коварном извещателе»?) человек, который… это место никак не заслуживает. Об этом ниже.

 «Акела промахнулся!»

За несколько месяцев работы в редакции я стал свидетелем скандала. Главреда публично обвинили в некомпетентности и банальном плагиате. И это происходило уже не впервые. Но в тот раз в скандал включились прямые конкуренты газеты — коммерческие издания и сайты, которые ворочались и пихались с «Извещателем» в одном мешке. И друг друга ненавидели.

— А злые языки говорят, что господин Дракон потерял голову.
— А вы что говорите?
— Мы говорим, что Дракон освободил от военной службы одну свою голову по состоянию здоровья.

…Я даже с каким-то наслаждением смотрел, как глубоко пускали в рыхлое тело Васисуалия когти и зубы все те, кто не был на государственном подсосе и кто зарабатывал на свои проекты исключительно умом и смекалкой. Его имя склоняли кто во что горазд, особенно веселились тролли. И я потратил немало времени, чтобы на сайте «Извещателя» не появлялись соответствующие ехидные комментарии. Но в итоге скандал сам собой замялся, Васисуалий на него публично никак не отреагировал, хотя ходил мрачный и на свой стул садился осторожно — не раскрутились ли в нем какие-нибудь винтики? Поговаривали, что в министерстве про холивар прекрасно знали, но решили все спустить на тормозах.

В общем, картина, достойная нашего государства, да. В нормальной редакции главред бы сразу положил партбилет на стол подал заявление об уходе… да что я такое говорю — в приличной редакции такая ситуация в принципе была бы невозможна! Но только не в «Коварном извещателе». Сотрудники сидели как мыши по углам, многозначительно переглядывались, да подозрительно часто ходили в курилку. И вскоре все пошло своим чередом — газета выходила, буковки складывались, верстка версталась. А министерство приглядывало.

«Пилите, Шура. Пилите!»

При всем вышеописанном, я не могу сказать, что «Коварный извещатель» был совсем уж плохой газетой. Бессмысленной, бесхребетной, угоднической, но… я видел и похуже. К тому же он был на мягкой бумаге... шутка, на самом деле это вполне себе такое издание, если говорить о нем в исключительно профессиональном плане. Каким-то образом в «Извещателе» хватало умных, все понимающих людей, которые… все понимали, но продолжали сидеть на своих местах. ¯ \ _ () _ / ¯  Потому что им идти особо было некуда. Некоторым — в силу обременительного возраста и неспособности стать лучше, быстрее, хитрее. Такие «грибки» были хоть и безобидные, но, по моему ощущению, тянули газету назад, хотя она и без того всеми лапками была в прекрасном советском прошлом. Молодые же сотрудники либо отрабатывали «распределиловку», либо сидели там потому, что в «Извещателе» была грустная, но все-таки зарплата. Плюс надбавки, плюс премии, плюс можно было взбычить и отхватить себе лишнюю полосу. А еще профсоюз (но я так и не понял, зачем он нужен), командировки и солидная запись в трудовую. Но самое главное — инерция. Просидев в «Извещателле» чуток, от него будет очень трудно избавиться.

— Не подчинитесь воле народа?
— Это не народ.
— Это не народ? Это хуже народа. Это лучшие люди города.

Во-первых, проработав определенное время (вроде бы 4 месяца, но я не уверен), ты получаешь контракт, который обязует тебя работать целый год, и расторгнуть его ты можешь, только если навалишь кучу на стол главреду. Т.е. — по расстрельной статье. Во-вторых, «Извещатель», как всякая государственная газета, которая будет выходить всегда — потому что она делается на наши с вами налоги — выглядит удобным и безопасным местом. «Где можно удобно и безопасно сгнить» — добавлял я про себя. Пришел утром, посидел чуток, попил чай, перекинулся парой фраз с коллегами, потом получил по шее от Васисуалия и вот уже и вечер. И новый месяц. И новый год. А вот и у тебя самого черное кресло, да брюхо до пола. Why not?.. 

Ordinary day

«Обычный день» в «Извещателе» не выглядит обычным для человека, который много лет работал в частных конторах. Пуповина, которая связывает эту газету с министерством, обязывает не только к правильному редакционному вектору. Еще нужно этому министерству соответствовать, как сотрудник. Вы не представляете, какие только приказы, указания, рекомендации и даже требования каждый день сыпались в адрес «Коварного извещателя». «Предоставить подробный отчет о проведенной идеологической работе среди сотрудников» — такое поначалу шокирует, но потом я все понял. Дело в том, что все эти отчеты и прочее составляют люди, которым на эти отчеты глубоко насрать. Потому что они их делают только потому, что над ними стоят товарищи, которым на эти отчеты тоже насрать… но чуть меньше. Вся государственная машина, деятельность которой я имел счастье видеть из «Коварного извещателя», сводилась к одному — имитации деятельности. Идут отчеты. Требуется документация. Совершается документооборот. Звонят телефоны. Хмурятся брови. Болят отбитые яйца. Но по сути ничего не происходит! Просто одна бумажка идет на место другой бумажки, один файлик заменяет другой — и все это называется контроль, госаппарат, управление!

— Прошу слова!
— Чего?
— Слова.
— Зачем тебе слово? Чего ты с ним будешь делать?

Я общался с людьми на другом конце провода. Те, которые требовали. Которые «настоятельно рекомендовали». Я видел то, что они писали в редакцию. Это бред. Это галлюцинации. Эти люди абсолютно ничего не понимают в том, что они делают. Они просто берут старые приказы, кое-как режут их, связывают между собой предлогами, ставят на них печати Главного и «спускают вниз по инстанциям». А там сидят люди, которые понимают в озвученных вопросах еще меньше. Но нужно же что-то ответить? Окай, «берем старые приказы, редактируем, то-сё, печать Главного и отправим наверх. Авось проканает. Всегда же проканывало!». Круговорот дерьма в природе. Как говорится, хорошо что эти люди самолеты не делают. Или делают?..».

В заключительной части своей истории Владимир подвел черту под своей «государственной практикой». И даже объяснил, почему так получается, что мы сами виноваты в том, что едим говно читаем и даже любим государственную прессу.